Рост цен на нефть до 200 долларов: новые конфликты на горизонте

Эксперты заявляют о возможном росте цен на нефть до 200 долларов за баррель и предупреждают о новой волне конфликтов в свете недавних событий в мировом политическом пространстве. Провал 21-часовых переговоров в Исламабаде между вице-президентом США Джей Ди Вэнсом и представителями Ирана может стать прелюдией к серьезным изменениям в международной системе.

Казахстанские экономисты Алмас Чукин и Олжас Худайбергенов отмечают, что мир переходит к модели односторонних действий, где снижается роль международных институтов, включая ООН. По мнению Чукина, концепция коллективных решений уступает политику “с позиции силы”. “Дезинформация становится официальным методом ведения внешней политики”, – добавил он.

Ситуация в Иране также требует внимания: временное перемирие выявило глубокие экономические проблемы страны и признаки управленческого кризиса. При этом госструктуры сталкиваются с ухудшением социальной напряженности.

Ключевая точка для нового глобального кризиса – Ормузский пролив. Худайбергенов считает, что конфликт между США и Ираном может привести к двойной блокаде, что, в свою очередь, поднимет цены на нефть до указанных 200 долларов и выше. Чукин предполагает, что США могут перекрыть пролив для иранских судов, что вызовет серьёзные экономические проблемы для Ирана, полностью зависимого от этого маршрута.

Что касается финансовых рынков, меры, принимаемые в условиях кризиса, могут изменить привычные взгляды инвесторов. Впервые китайская валюта рассматривается как альтернатива доллару. Европейские государства также обсуждают снижение зависимости от американских технологий, что может дополнительно изменить расстановку сил на международной арене.

Эксперты подчеркивают, что Казахстану в таких условиях важно ускорять импортозамещение и укреплять кадровый потенциал. Худайбергенов заключает: “Нам говорят, что у нас ‘хорошие грабли’ — наступайте на них сколько хотите. Удивительно, как можно руководствоваться краткосрочными параметрами, когда среднесрочные говорят о высшей степени рисков”.

Безусловно, мы вступаем в период высокой турбулентности, и действовать надо быстро, чтобы минимизировать риски и успеть адаптироваться к новым реалиям.